Как мы выбирались из Сорок

(Воспоминание-шутка)

Говорят, что человечество, смеясь, расстаётся со своим прошлым. Я бы добавил, что порой ещё расстаётся с грустью и ностальгией! То, о чём я сейчас начну рассказывать, относится к периоду нашей истории длиною примерно в четверть века, с конца 1950-х годов до начала 1980-х, ко времени, который тоже завершился уже более четверти века назад, - тому периоду, когда я взрослел, учился в школе, затем - в университете, часто выезжал из родного молдавского городка Сороки и так же часто возвращался обратно! Вообще же, если признаться, то в этом маленьком городке у нас, молодых людей, родившихся вскоре после войны, было всё, что необходимо для счастья: у мальчиков - девочки, у девочек - мальчики! Были хорошие школы, библиотеки (и детская, и взрослая), кинотеатр, книжный магазин, детская и юношеская спортивные школы, спортзалы и открытые спортплощадки, местные и республиканские соревнования, танцплощадки, «Асфальт» (местный Бродвей!) - улица, на которой мы встречались с друзьями и подругами, по которой прохаживались, беседовали, спорили... У нас были свой Дом пионеров и школьников, свой Дворец культуры, где ставились спектакли местного народного драмтеатра и где выступали заезжие знаменитости: Вольф Мессинг, Валерий Ободзинский, Лариса Долина...У нас было много интересного и занятного!

Но вот наступило время, когда мы стали выбираться из Сорок: кто - на учёбу, кто - на работу, кто - в армию, кто - просто в другие города, подальше от этих благодатных мест! И вот здесь начиналось то, ради чего, собственно, я затеял весь этот разговор. Выбираться в то время из Сорок можно было несколькими путями: воздушным, наземным и водным. Или же, иначе говоря, самолётом, автобусом, паромом и поездом. Или же, по моим филологическим представлениям, тремя «литературными» путями: прозаическим, реалистическим и романтическим.

«Прозаический» путь был проложен по воздуху - до Кишинёва и далее. Мы в назначенный день и час стояли на остановках. Подъезжал маленький автобус: сначала однодверный, а затем - двухдверный «Пазик», отходивший от кассы Аэрофлота (ныне это Сорокское отделение ОВИРа!) и подбиравший людей на всех остановках по дороге в аэропорт. В аэропорту (аэропорт - громко сказано: то было одноэтажное здание из белого кирпича, похожее, скорее, на временное стройуправление!) мы ждали самолёта, который, как сообщал нам дежурный, вылетел из Кишинёва ещё час назад! Но в Сороки пилот особо не торопился, потому что ему надо было ещё приземлиться на другом берегу Днестра, в Каменке, а из-за этого порой происходили большие задержки рейса. Напрасно говорить о том, что, как только на небе появлялась тучка или начинал накрапывать дождик, рейс откладывался на неопределённое время или отменялся вовсе! Сначала к нам летали «кукурузники» - АН-2, потом наступил «прогресс» - стали летать ИЛ-14, и, наконец, мы были «впереди планеты всей», потому что несколько лет подряд у нас в Сороках приземлялся на полуасфальтированной полосе сам ЯК-40! Однако кто-то из высокого авиационного начальства решил, что посылать Як-40 в какие-то там Сороки через какую-то там Каменку - очень расточительно, и ввели опять Ил-14, а затем полёты и вовсе отменили. На «кукурузнике» мы добирались до кишинёвского аэропорта часа за полтора, а потом ехали автобусом ещё часа полтора по загруженному транспортом Мунчешскому шоссе, соединявшему в то время Кишинёв с Одессой, так что выходило «баш на баш» с автобусом.